Клубочек




Клубочек

   Возвращение домой после двухнедельной вахты – это всегда волнительно, но не настолько, чтобы превращать это в какое-то большое событие. Может, первое время, первые полгода – да, сильно скучаешь по дому, и, выходя из поезда, ощущаешь невероятный прилив эмоций. Отдалённо похожий на тот, из детства, когда бабушка заставляла на неделю уезжать в деревню, оторвав тебя от родного дома, друзей и привычных развлечений… В те моменты, когда поезд останавливался и открывались двери в родные края, я был готов не спать ещё ближайшие дня 3, чтобы насладиться всем, по чему так соскучился.

    А в старости уже совсем не то. Слишком уж отдалённо похож этот прилив эмоций. Нет уже того порыва не спать несколько дней, бежать к друзьям и играть, играть, играть… хотя, почему же – играть очень даже можно, только теперь в компьютерные игры, глядя в монитор безразлично-грустными глазами. Да, чтоб вы понимали – старостью я называю возраст, когда 30 уже близко.

    В старости ценишь совсем другое. От вокзала до дома – только пешком, чтобы захватить как можно больше местности и посмотреть, не изменилось ли чего. Не снесли ли за эти две недели пару зданий, не закрыли ли пару магазинов, не спилили ли любимое дерево… может, встретить пару знакомых, поболтать о жизни. И видя, что всё по-старому, глубоко вдыхаешь, и вместе с воздухом наполняешься удовлетворением и радостью. Привет, милый дом, на ближайшие две недели.

    Финальная часть пути до моего дома проходила либо через длиииинную неосвещённую часть улицы, среди заборов частных домов, либо через комфортную и широкую дорогу, с фонарями и тротуарами, но заставляющую делать приличный такой полукруг – раз в пять длиннее. Разумеется, я, как и многие другие, выбирали более короткий и прямой путь. Да, по вечерам и ночам там было до жути темно и некомфортно – постоянный лай собак из-за заборов, шуршание в кустах, и непреодолимое ощущение, что вот-вот кто-то выбежит и набросится на тебя.

    И действительно – было там такое местечко, заросшее кустами. Несмотря на близость вполне себе жилого дома, там часто собрались разного вида компании – от молодых ребят до старых алкашей. И хорошо, что их было слышно издалека – можно было хотя бы подготовиться к неприятной встрече, хотя, надо признать, таких ни разу и не было. Зато собаки, вылетающие с громким лаем из этих кустов – дело крайне неприятное.

    В общем, всегда, подходя к этим кустам, уже автоматически прижимаешься к противоположной стороне тропы, глядя в кусты с подозрением. Так и на этот раз – тишина говорила о том, что людей в кустах точно нет, а вот пара местных зверюг с радостью может наброситься на прохожего.

— Саша, сынок! – вот уж точно кого я не ожидал увидеть, хотя в данный момент я только слышал его голос, так это дядю Женю, местного пожилого алкоголика с гигантским стажем.

— Здрасьте, дядь Жень. – Поздоровался, вглядываясь в заросли.

— Саша, пойди сюда, пойди, не бойся. – То ли жалобно, то ли боясь чего-то попросил дядя Женя.

— Что такое? – Я осторожно заглянул в кусты и сделал пару неуверенных шагов.

— Смотри, смотри, что я нашёл!

    Я хотел уже достать телефон и посветить фонариком на то, что хотел мне показать старик, но этого не потребовалось. Ладонь дяди Жени была освещена тусклым светом от какой-то кляксы, будто зависшей в воздухе. Я подошёл поближе, присмотрелся, но так и не понял, что это такое. Собственно, об этом я у него и спросил.

— Эта штука лечит! – Восторженно объявил дядя Женя. – Лечит что угодно! Я полностью исцелился, представляешь? Полностью!

— И от чего же Вы исцелились? – Недоверчиво спросил я.

— От алкоголизма, печень поправил, кашлять перестал, аппетит теперь ого-го, – загибал пальцы дядя Женя, – кости не болят, могу хоть прыгать, хоть бегать, зрение стало как в молодости. Да и вообще! – Подытожил он. – Молодым себя чувствую! Как будто мне лет двадцать!

— Ага, вот так, значит. – Само собой, не поверил я. – А к врачам ходили? Проверялись?

— Да зачем мне врачи? – Отмахнулся дядя Женя. – Ничего же не болит и не беспокоит. И три дня уже не пью.

— Ну вы и дольше не пили, бывало. – Теперь уже отмахивался я. – Это не показатель. Полгодика хотя бы. Вот тогда да, можно о чём-то говорить.

— Саша, – очень спокойным и добрым голосом заговорил старик, – ты сам попробуй. Что у тебя болит?

— Да ничего, вроде. – Ответил я, вспоминая, какие проблемы находили у меня на недавнее сеансе УЗИ.

— Ну хоть что-то. Может, травма какая? Синяк? Что угодно, эта штука всё вылечит.

— Значит, говорите, зрение улучшилось? – Спросил я.

    Я как-то совсем забыл о том, что всегда хожу в очках или с линзами. Видимо, если проблемы со зрением начались ещё в детстве, они становятся настолько привычными, что о них и не вспомнишь, если вдруг появится какая-то чудесная возможность что-то полностью излечить. Хорошо, что на этот раз мне напомнили.

— А, точно, у тебя же очки! – Воодушевился дядя Женя. – Давай, просто дотронься до этой штуки, результат будет сразу!

— Ага. – Грустно кивнул я и попытался коснуться кляксы. Вопреки моим ожиданиям, свет просто исчез внутри моей ладони.

    Я отдёрнул руку. Я-то думал, что это просто какой-то оптический эффект, какая-то паутинка, освещаемая скрытым источником света… кажется, клякса пошевелилась и немного изменила форму.

— Воооооооот. – Протянул дядя Женя. – Молодец. Теперь можешь проверить.

    Я взял в руки телефон и снял очки. Нажал на кнопку блокировки, вздохнул – ну мало, вдруг и правда чудо произошло – и посмотрел на экран. И сразу же чуть не выронил телефон – так чётко и ярко и никогда не видел. Зашёл в пару приложений, почитал текст, отдаляя телефон от лица и вновь приближая. Наконец, я перевёл взгляд на дядю Женю – тот улыбался и кивал, демонстрируя мне, что он победил и доказал, что не врёт.

    Невероятно. Теперь я могу так хорошо видеть даже в темноте? Нет, ничего особенного, никакого ночного зрения я не получил, просто на лице старика я смог различить улыбку, чего ни за что не смог бы сделать ещё пару минут назад.

— И это ещё не всё. – Похлопал меня по плечу дядя Женя. – Все твои болезни, все проблемы с организмом теперь исчезли.

    Я глупо улыбался, всё ещё удивляясь произошедшему. Все болезни, значит? Что ж, теперь нет никаких оснований не верить. Так это же прекрасно? Или есть подвох? Не просто же так эти чудеса происходят.

— А вы давно нашли эту фигню, давно исцелились? – Спросил я.

— Так говорю же, три дня не пью. Вот тогда и нашёл.

— А ещё кому-нибудь показывали?

— Так само собой, половину улицы уже исцелил! – Гордо ответил дядя Женя.

— И что, никого это не удивляет? Никто до сих пор не приехал изучить эту фигню, здесь не собирается очередь?

— Саша, послушай. – Внимательно посмотрел на меня старик. – Когда у человека проблемы, он пойдёт на что угодно, чтобы спастись или облегчить состояние. Кто-то вот как ты, просто недоверчиво дотронется, а кто-то прибежит сразу, услышав слово «исцеление». Люди, в большинстве своём, верят в потустороннее, а это, - указал он на кляксу, - лишь доказательство. Полезное и ценное доказательство, о котором лучше не говорить лишним людям.

— А какие люди «лишние»? – Уточнил я.

— Ну, полиция, учёные, ненадёжные друзья и знакомые. Вот тебя, Сашка, я хорошо знаю, поэтому тебе можно. Ты не выдашь наш секрет.

    Секрет, значит. И долго он продержится? Через сколько дней или недель тут соберётся толпа из всяких блогеров, журналистов, специалистов по паранормальному и учёных? Когда это место оцепят и перестанут впускать людей? Когда люди начнут драться и убивать, чтобы попасть сюда? А целебная клякса возьмёт и исчезнет. Вот же весело будет. Надо будет понаблюдать, из моего окна хорошо видно эти кусты.

    Попрощавшись с дядей Женей и дав обещание рассказывать только тем, кому доверяю, я покинул новую местную «больницу» и продолжил путь домой.

    У подъезда меня встретил Костян – молодой парень, на восемь лет моложе меня, что не мешало нам быть кем-то вроде друзей.

— Ну что, исцелился? – Хмуро посмотрел он на меня, когда я приблизился.

— Ага… а ты тоже?

— Увы. – Невесело улыбнулся Костян.

— Почему?

— Наебал он нас. – Кивнул он в сторону кустов.

— Дядя Женя? – Удивился я.

— Ну да. А ты что думал, это просто так? Бесплатно?

— А что он может сделать? – Усмехнулся я. – Денег потребует?

— Угу, денег. – Покачал головой Костян и после небольшой паузы продолжил. – Жизнь он из нас вытягивает, Санёк.

— Каким образом? – Насторожился я.

— Каждый, кто коснулся этой херни, зацепился за крючок. – Начал рассуждать Костян, глядя в небо. – Этот крючок засел намертво внутри нас, и теперь вытягивает тоненькую ниточку жизни. Мееееедленно, незамееееетно. И будет вытягивать до тех пор, пока мы не закончимся. Это знаешь, как взять кусок такни, - повернулся он ко мне, - найти торчащую нитку и начать тянуть. Понимаешь?

— Типа того. Но почему ты решил, что с нами всё именно так?

— Да просто. Вдруг правда так? – Улыбнулся Костян. – Ну не может же всё это быть без подвоха, правда?

— Да, я тоже так подумал.

— А нафига тогда трогал эту хрень?

— Да я вообще случайно. Я думал, это какая-нибудь паутинка освещённая или типа того.

— А, понятно. – Кивнул Костян и на несколько секунд замолчал. – Ты знаешь, раньше она была размером где-то с горошину. Маааааленькая такая.

— А сейчас сантиметров пять. – Прикинул я.

— Во-во. Я и говорю. Ниточки наши наматываются потихоньку.

— Ну… – Теперь уже я смотрел в небо, задумавшись. – Теперь уже ничего не поделать, да?

— Я тут вот что подумал. – Будто не услышал мой вопрос Костян. – Это ведь можно жрать что угодно, употреблять любые вещества. А потом просто рррраз, махнул рукой сквозь эту хрень и всё. Жив-здоров и без зависимости.

— Ну, каждому своё. – Улыбнулся я.

— Ага. – Мечтательно смотрел он куда-то вдаль. – С чего бы вот начать…

— Ты это, меня тогда позови, я тоже попробую, чего уж терять.

— Во, вот это нормальное решение. – Хлопнул в ладоши Костян. – Вдвоём ведь оно явно веселее будет. А ты прикинь, - резко перевёл он тему, - знаешь же мужика толстого из соседнего дома? Он когда эту штуку потрогал, сразу похудел. Вот прям буквально, зашёл в кусты жирдяем, а вышел стройняшкой.

— И даже кожа не обвисла?

— Ну этого не знаю, без одежды его пока не видел. – Развёл руками Костян. – Но в целом, ты обрати внимание. Все стали стройными, правильными какими-то. Будто у этой штуки есть определённый пример, типа как должен выглядеть человек. Идеальный индекс массы тела, состояние внутренних органов. Бля, да она даже психические расстройства лечит.

— Да ты, я смотрю, уже целое расследование провёл.

— Ну а что делать? Семестр закончился, пока делать особо нечего. Вот и наблюдаю.

— И чего ещё интересного заметил? – Поинтересовался я.

— Прислушайся. – Костян поднял указательный палец вверх. – Слышишь, тишина какая?

— Ну да.

— А раньше как было? Где весь этот городской шум?

— Ну вечер же, поздно. Может, так и было, я особо не прислушивался.

— Ну, может. Всё может быть. Теперь-то действительно всё, правда?

— Блин, Костян, ты чего загадками заговорил?

— Через пару дней и ты так заговоришь. – Уверенно произнёс Костян. – Понаблюдаешь за людьми и задумаешься. О всяком. Вот увидишь.

— Ну что я такого увижу-то?

— Я ж говорю, тишина вокруг. Не было такого никогда. Машины не шумят, люди не орут, собаки не гавкают. Ну прислушайся сам-то.

— Да мало ли что? – Отмахнулся я. – Сам же говоришь, что психику лечит. Может, раньше мы по-другому реагировали на все эти звуки, вот и замечали их, когда они нас раздражали. Люди вот как раз меньше орать стали… или типа того, не знаю.

— Не, Санёк, всё не так. Просто постой завтра на балконе, посмотри, послушай.

— Ладно. Посмотрю. – Согласился я. – А ты… чем вообще занимаешься щас? Только наблюдением?

— Санёк, ну ты подумай. – Костян потёр подбородок. – Мир скоро изменится. Он уже меняется, пока в пределах нашей улицы. Мы с тобой - свидетели глобального пиздеца, который, как мне кажется, теперь неизбежен.

— Главное, успеть попробовать все вещества, да? – Улыбнулся я.

— Ну типа того. – Абсолютно серьёзно ответил Костян.

— Ну ладно, я пойду тогда. – Попрощался я и медленно направился в подъезд.

— Ага, давай. – Ответил Костян, даже не повернувшись ко мне.

    Соседи действительно вели себя гораздо тише, чем обычно. Как я ни старался, так и не смог услышать ни одного звука. Интересно, я тоже таким стану?

    Всё оставшееся время до сна я провёл за изучением своего нового идеального зрения.

    Утром, по совету Костяна, я вышел на балкон. Люди шли по улице, мило улыбаясь и о чём-то почти беззвучно общаясь. Звук машин я всё же услышал, но то ли я поддался влиянию друга, то ли и правда всё стало как-то тише и спокойнее. Собак действительно не было слышно. И это было, наверное, самым странным. Из кустов вышел мужичок. Новый счастливый обладатель идеального здоровья. Надолго ли? Интересно, Дядя Женя так и сидит там целыми днями, как местный целитель или хранитель великого артефакта?

    Я снова решил прикинуть, через сколько начнётся хаос. Вот же он – настоящий источник здоровья, настоящее чудо… так где же люди? Я не верю, что можно вот так надёжно хранить секрет и пускать к этой кляксе только избранных. Вот этот мужичок – почему сейчас не пойдёт и не расскажет первому встречному знакомому о том, что теперь полностью здоров? Как можно этим не похвастаться?

    «Санёк, выходи» - пришло сообщение от Костяна в мессенджере, а через пару минут ещё одно – «срочно».

    Признаться честно, мне стало очень интересно, что он такого узнал. Я незамедлительно выбежал из квартиры и спустился к входу в подъезд.

— На, сожри. – Протянул он мне пакетик с какой-то трухой.

— Это что? – Брезгливо посмотрел я на содержимое.

— Галлюциногенные грибы.

— Блин, прям так сразу? – Засомневался я. – Может, начать с чего попроще?

— Да плевать вообще. – Замотал головой Костян. – Всё равно не подействует. Никакого эффекта. Понимаешь?

— Подделка, что ли?

— Не, грибы-то настоящие. – Уверенно ответил Костян, забирая у меня пакетик. – Просто не действуют на нас больше. Всё.

— Так а с чего ты взял, что они настоящие-то?

— Да бля, короче, смотри.

    Костян быстро запихнул пакетик в карман, а вместо него вытащил нож. Ещё секунда – и он вонзил нож себе в живот.

— Э, ты дурак? – Закричал я и бросился к согнувшемуся пополам Костяну.

— Стой, смотри. – Жестом остановил он меня.

    С большим трудом выпрямившись, он резким движением вытащил нож. Глубоко вдохнул, закрыл глаза и замер на несколько секунд.

— Ну вот и всё. – Улыбнулся Костян, подняв футболку. – Видишь, даже следов не осталось.

    Костян вытер с живота кровь чистой частью одежды, и действительно – ни намёка на рану.

— Охуеть… – Я с восхищением смотрел на друга. – типа что, ты неуязвимый теперь?

— Не, ну если голову отрубить, то фиг знает. – Усмехнулся Костян. – Ты давай, тоже попробуй что-нибудь.

— А это больно? – Спросил я, хотя только что сам наблюдал за страданиями Костяна.

— Конечно, больно. – Поморщился он.

— И как ты к этому вообще пришёл?

— Так вот, говорю же. – Костян снова вытащил пакетик с грибами. – Попробовал, не дождался действия. Потом выпил пива, и такая же хрень. Потом аккуратно ткнул себя в руку иглой. Ну и вот, собственно.

— Нормальный ты, конечно, экспериментатор. – Усмехнулся я. – А ещё что с собой делал?

— Ну вот ножиком дырявил, на открытом огне руку пожарил. – Невозмутимо ответил Костян. – Зубы вырывал, пальцы отрубал. А, точно! – Щёлкнул он пальцами. – Ещё пчела укусила.

— Пчелу-то ты где взял уже?

— Ну вот здесь, на цветочках, пока тебя ждал. – Кивнул он в сторону клумбы. – Короче. Всё восстановилось, как видишь.

— И зубы даже?

— Ну да. – Широко улыбнулся он. – Видишь, всё на месте.

— А кстати. – Спохватился я. – У меня ведь тоже пломбы пропали.

    На всякий случай ещё раз ощупал зубы языком. Ну точно – все идеальные, здоровые.

— Ну вот. – Костян неожиданно грустно опустил голову. – Теперь и не знаю, чем заняться.

— В смысле? Серьёзно? – Недоумевал я. – Ты выяснил, что стал неуязвимым, и грустишь?

— Даже бухло не действует! – Воскликнул Костян. – Все планы рухнули.

— Ну охуеть, планы у него рухнули. – Нахмурился я. – Кто-то прямо сейчас умирает от болезни, травмы или чего-то ещё, а у него, бессмертного, планы рухнули.

— В п@зду. – Махнул рукой Костян. – Всё равно это скоро закончится.

— Да с чего ты взял-то?

— Доказательств нет. – Развёл он руками. – Но скоро будут, отвечаю.

    Костян ушёл в сторону своего подъезда, а я остался переваривать произошедшее.

— Кстати! – Крикнул он, уже выглядывая из подъезда. – Ты жрать хочешь? А пить?

— Не знаю. – Честно ответил я. – Вроде нет…

— А в туалет ходил?

— Нет. – Вспомнил я и снова нахмурился.

— Во-во. – Кивнул Костян. – Охуенная у нас неуязвимость.

    Ладно, теперь я согласен. Действительно – слишком какое-то неправильное исцеление. Как там говорил Костян? Есть у этой штуки пример, каким должен быть идеальный человеческий организм, вот она и держит нас в этом правильном состоянии. Травма – моментально исчезает. Баланс жидкости и всяких полезных веществ – настолько идеален, что не хочется ни пить, ни есть, ни в туалет. Но жрать-то всё-таки можно? Вкус я буду чувствовать?

    За две недели отсутствия, само собой, продуктов дома не прибавилось, тем более скоропортящихся. Я отправился в ближайший магазин, накупить самого вредного и вкусного. Как только открыл дверь, сразу прислушался – тишина. Люди молча набирали товары в корзины и телеги, молча пробивали их на кассе, даже привычного «пакет нужен?» не было слышно. Вот все эти люди, которые сейчас здесь, они все уже исцелились? Серьёзно? Да я всех присутствующих здесь первый раз вижу, кроме, конечно, работников магазина. Вот, например, Ольга, живёт в одном из частных домов, мимо которых проходит путь к подъезду. Она исцелилась?

— Привет, Оль. – Поставил я корзину на стол. – Как ты?

— Да нормально, а сам как? Как отработал? – Ответила она, пробивая товары.

— Да тоже… - Мне не хотелось говорить о всякой ерунде. – А ты это… ну, исцелилась уже?

— Чего? – Наконец-то подняла она на меня глаза, будто полные ненависти.

— Да не, ничего, это я так. – Отвёл я взгляд в сторону, но чувствовал, что Ольга смотрит на меня как на дебила.

— Можно два пакета? – Спросил я, когда все товары были пробиты.

    Ольга молча кинула их в кучу моих продуктов. Действительно – сама не спросила. Странно? Кажется, я заразился от Костяна – присматриваюсь к мелочам и пытаюсь изучать необычное.

    Только как изучать-то? Крикнуть на весь магазин «а чего тут так тихо?» Остаться внутри и наблюдать, наблюдать, наблюдать..? Ну допустим, и что изменится?

    Да ничего не изменится. Не в моих силах влиять на эту ситуацию, поэтому я просто пришёл домой и начал жрать, обжираться, поглощать всё купленное. Чувство насыщения никак не приходило – будто всё проглоченное исчезало в пищеводе, не доходя до желудка. Удобненько, с одной стороны. А с другой – где ж столько денег взять, чтобы целыми днями сидеть и жрать…

    «Костян, ты там как?» - Пишу я сообщение.

    «Хорошо» - Тут же приходит ответ.

    «Какие ещё эксперименты провёл?)»

    «Никакие»

    И что это за ответ? Скрывает что-то важное? Смирился?

    «Не, ну серьёзно, чем занимаешься? Часа три прошло со момента нашего разговора.»

    «Телевизор смотрю всё время, а что?»

    Да ты издеваешься, что ли? Я же щас приду, ты от меня не скроешься.

    «Выйди на минутку.» - Сначала пытаюсь по-хорошему.

    «Да ну, не хочется. Может, завтра.»

    Ну, сука, ты сам напросился. Выбегаю из дома, бегу к его квартире, звоню. Слышу ленивые шаги, звук открытия шторки глазка, щелчок замка…

— Чего тебе? – Недовольно смотрит на меня Костян.

— Ты там как? – Смотрю я на него и одновременно пытаюсь заглянуть в квартиру. – Что ещё придумал?

— Ничего я не придумал. О чём ты вообще?

    Так. Тут одно из трёх – либо он притворяется, либо дядя Женя как-то на него повлиял, либо сама эта клякса «вернула его психику к норме», и теперь ему на всё плевать.

— Э, Костян! – Помахал я рукой перед его лицом. – Помнишь, что было? Исцеление, неуязвимость, ножик, зубы?

— Да отстань ты от меня. – Поморщился Костян и захлопнул дверь.

    Нормально вообще. Мне что, одному теперь исследования проводить? И проводить ли вообще? Я не хочу стать таким же, как он. Так, секундочку. Что он там говорил? Дядя Женя вытягивает из нас жизнь?

    На секунду мне стало страшно, но, судя по всему, даже это чувство клякса исправляет. Допустим, он исцелился 3 дня назад. Значит, жизнь вытягивается за три дня. А если позже? Вдруг вчера, прямо передо мной? Тогда я в любую секунду могу стать таким же.

— Вот почему соседи такие тихие. – Прошептал я, спускаясь по лестнице.

    А магазин? Почему там всё так тихо? Наш хитрый целитель подсадил на кляксу уже весь город, но скрывает это, утверждая, что это «только для своих»? А Ольга? Она типа не своя? Не, ну всякое может быть. Он же сказал – «половину улицы». Ольга вполне может входить во вторую половину.

    Решил прогуляться по городу, понаблюдать, пока ещё могу это делать. Костян был прав – машины стали какими-то тихими. Клякса настроила мой слух так, чтобы ничего не раздражало? Люди тоже затихли. Вот они, прямо передо мной, шевелят губами, а где звук? Ну что-то там еле-еле пробивается, но разве так общаются люди в толпе, в центре города? И снова наблюдение Костяна – все стали какими-то правильными, стройными. Ни одного толстого или даже просто пухленького человека. Всё? Весь город исцелён? И типа так и надо, всё нормально?

— Эй! – Крикнул я в лицо случайному встречному мужику. – Как чувствуешь себя?

    Тот же недовольный взгляд, что и у Костяна – и молча пошёл дальше. Остальные вообще будто не обратили внимания. Догоняю этого мужика.

— На вопрос ответь! – Толкаю я его в спину.

    Мужик неожиданно падает, хотя, кажется, я лишь слегка ткнул его кончиками пальцев. Клякса наделила меня суперсилой? А мужик не встаёт. Лежит, лицом вниз, не двигается. Переворачиваю его ногой – лицо в крови, глаза закрыты.

    Снова чувство страха на секунду пронзило тело. Но всего на секунду, а дальше – я продолжил эксперимент. Посмотрел по сторонам – всем плевать. Никто даже не смотрит на валяющегося на асфальте человека. Да какого хрена? Почему он не встаёт? Травма головы – это всё, конец?

    Надо проверить. Бью первого попавшегося человека по ноге, на это раз изо всех сил. Нога легко ломается, обнажая кость и мясо, а человек просто падает в сторону повреждённой конечности. Никаких эмоций, криков, ничего. Упал и лежит, но глаза открыты, вроде как живой. Костян восстанавливался быстрее.

    А всем плевать. Идут себе куда-то, по своим делам, весело шевелят губами, почти беззвучно смеются.

— На, сука! – Слышу я вопль. – На нахуй!

    Бегу на звук. Первый адекватный звук за весь день, блин. Почему толпа такая густая? Не в мегаполисе ведь живём. Смело расталкиваю всех, даже не оборачиваясь, чтобы посмотреть, как там они – не сломались ли ноги- руки, не отвалились ли головы. Всем ведь плевать, так а мне чего волноваться? А, ну да, волнение ведь тоже не норма, клякса и это исправила.

    Ещё один человек летит в сторону, и взору открывается интересная картина. На тротуаре стоит знакомый парень – живёт в одном из соседних домов. В руках он держит меч (или саблю, не разбираюсь я в них). Оружие в крови, явно долго им размахивал. Это подтверждает и наличие кучи трупов (а точнее их частей), на расстоянии метров тридцати вперёд. Останавливаюсь – мало ли что, отрубит ещё голову. Костян ведь сомневался насчёт головы.

— Куда блять! – Орёт парень и взмахивает саблей. Половина туловища проходящей мимо женщины медленно сползает на пол, но ноги продолжают идти, размахивая кишками.

— Стой, сука! – Ещё один взмах, и теперь уже ноги не способны передвигаться.

— А ты куда? – Бежит он за мужиком и пронзает саблей голову. Лезвие выходит на стороне лица, сквозь нос. Мужик сводит глаза, разглядывая торчающую саблю… этот взгляд – точно такой же недовольный.

— Ну? Падай уже! – Орёт парень, и мужик тут же выполняет приказ. Падение лицом на асфальт, и сабля выдавлена из головы.



Наконец-то его взгляд упал на меня. Парень хотел уже что-то выкрикнуть, но, видимо, заметив моё необычное для этой толпы поведение, опустил своё оружие и быстро подошёл ко мне.

— Ты леченый?

— Ну да. И ты?

— Ага. Развлекаюсь вот.

— Нормальное у тебя развлечение. – Киваю в сторону трупов.

— Ну а что. – Невозмутимо ответил парень. – Здесь же никто не накажет, так почему нет?

— Так, секундочку. – Начал я допрос. – Здесь и не накажет – это ты о чём?

— Новенький? – Спросил он, высматривая новую жертву.

— Ну типа того, вчера исцелился.

— Ха, вчера. – Ухмыльнулся парень. – А я здесь месяца три. Как видишь, до сих пор не наказали.

— Как три месяца? Дядя Женя же сказал, что три дня назад нашёл…

— Ну да, он всем так говорит. Только некоторые здесь уже чуть ли не больше года.

— Да где «здесь»-то?

— А хуй его знает. – Пожал плечами парень. – Но явно же не там, где мы жили раньше. Разве это не очевидно? Эй! – Схватил он за руку прохожего. – Не подскажешь, где мы находимся?

— Улица Мира, дом 43. – Хмуро ответил прохожий.

— Спасибо! – Поклонился парень, и махнул саблей по ногам прохожего. Тот молча упал и перестал двигаться.

— Один мой друг, - начал я, глядя на лужу крови, собирающуюся рядом с моими ногами и отрубленными ногами прохожего, - стал сегодня так же себя вести. Хмурый, злой, на контакт не идёт. Хотя ещё утром был абсолютно нормальным, расследовал тут всё, эксперименты проводил.

— Ага, бывает такое. Особенно когда кто-то хочет пойти и потребовать у этого дяди Жени вернуть всё как было. Ушёл нормальным, вернулся вот этом, - пнул он безногого прохожего, - манекеном. Короче, мы выяснили, что если ещё раз коснуться источника, становишься вот таким.

— Значит, Костян прав был. – Поджал я губы.

— Смотри, лежит, сука, не больно ему. – Парень продолжал пинать прохожего. – И ведь кровь вон смотри, брызгает из обрубков, как настоящая. Органы, кожа, всё реалистичное. – Он медленно погрузил саблю в живот человека, лежавшего на асфальте. – А подыхают очень неохотно. Вот прям на куски разрубить надо, чтобы сдохли.

— Много ты уже убил?

— Ооооо, ты думаешь, я считаю? – Засмеялся парень. – Тут даже трупы долго не лежат, через полчасика вернёшься сюда, и всё чисто, ни следа моей резни.

— Слушай, ты ведь тут давно, и общаешься с теми, кто ещё дольше?

— Ну? – Ответил парень, не желая отвлекаться от развлечения. На этот раз он отсёк прохожему голову, поднял её и внимательно осматривал. Видимо, пытаясь понять, живая ли она ещё.

— Ну и как? Выяснили вообще ещё что-нибудь?

— Ну смотри. – Вздохнул парень и бросил голову в другого прохожего. – Это либо какой-то параллельный мир, либо этот дед изменил наш. Все, кто сюда попал, жили на одной улице. Родственники и знакомые леченых стали такими же манекенами, но не у всех, есть пара товарищей.

— И Костян ещё был. – Перебил я парня.

— Ну три товарища. – Кивнул он. – В общем, эта клякса – либо портал, либо спасение от изменений. Мы больше склоняемся к версии параллельного мира, так как все мы пришли сюда в разное время. Будто он оттуда, из нашего дома, иногда затаскивает сюда новых… - Парень на секунду задумался. – Жертв. Хотя многим здесь нравится. Мне вот тоже неплохо.

— Не боишься манекеном стать?

— А ты сам-то много тут боялся?

— А, ну да. – Улыбнулся я.

— Просто пытаюсь этого избежать. – Продолжил парень. – Не подходить близко к нашей улице, как минимум. У нас была теория о том, что если ещё раз дотронуться до источника, то попадёшь обратно в свой мир. Но, как я уже говорил… манекены, да.

— А где вы все обитаете?

— Да вон там, - махнул он в сторону рукой, - на Комсомольской дома заняли. Там красиво, удобно. Присоединишься?

— Ну наверное. – Я достал телефон. – Только надо ещё разок костяна проверить.

— Бесполезно. – Замотал головой парень. – Те, кто стали манекенами, обратно уже не вернулись.

— Ну я попробую, схожу, посмотрю. И к вам. Ты в каком доме?

— В семнадцатом.

— Ладно. До встречи.

— Ага. – Парень, кажется, только этого и ждал. Сразу после моего прощания он снова взмахнул саблей и обрызгал меня чьей-то кровью.

    Значит, если ещё раз коснуться кляксы – станешь вот таким. Как Костян. Очевидно, это был один из его экспериментов. А дядя Женя? Где был он? Что он сказал?

    Поравнявшись с кустами, я остановился. Слишком велик был соблазн заглянуть туда ещё разок. Дядя Женя был на месте. Просто стоял рядом с кляксой, которая, кажется, ещё немного выросла и стала ярче, так как её было хорошо видно в светлое время суток.

— Здрасьте. – Осторожно поздоровался я.

— Здравствуй, Саша. – Заулыбался дядя Женя.

— Ну что, многих ещё исцелили?

— Нет, пока нет. – Грустно покачал головой старик. – Хочется больше, хочется всех людей мира сделать счастливыми.

— Слушайте, у меня зуб заболел. – Попытался я обмануть его. – Мне нужно ещё раз дотронуться?

— Нет-нет-нет! – Загородил он своим телом кляксу. – Второй раз трогать нельзя! Это опасно!

— Почему?

— Безвольным идиотом станешь!

— И давно знаете об этом? – Строго спросил я и сделал шаг в сторону старика.

— Нет! – Испуганно ответил он. – Вот только сегодня узнал!

— Да чего ж ты врёшь? – Вплотную приблизился я к нему. – Люди тут месяцами живут, месяцами в безвольных идиотов превращаются. Не знаешь об этом, да? Не знаешь?

— Не знаю, честное слово! – Выкрикнул дядя Женя и попятился назад. Клякса прошла свозь его тело.

    Я замер в ожидании. Что произойдёт? Напряжение дяди Жени исчезнет, руки расслабятся, взгляд станет злобным и он, взглянув на меня, уйдёт?

    Ничего не происходило. Кажется, старик не заметил, что прошёл сквозь кляксу. Я вопросительно глядел то на неё, то на старика. Наконец, спустя секунд 5, он заметил, что случилось.

— Не трогай. – Строго посмотрел он на меня и сделал шаг вперёд, снова пройдя сквозь кляксу.

— Ну теперь-то точно потрогаю! – Я изо всех сил оттолкнул дядю Женю и влетел в неё грудью.

— Фух, вернулся. – Услышал я голос Костяна.

— А? Чего? – Осматривался я по сторонам, пытаясь понять, почему стало так темно и кто все эти люди, окружившие меня.

    В уши ударил беспрерывный собачий лай, доносящийся со всех сторон. Я почувствовал страх – жуткий страх, который копился во мне, который клякса с лёгкостью устраняла. Ноги подкосились, и я упал. Мой мозг довольно быстро обработал информацию – я вернулся, как сказал Костян, а это значит, что я дома. Это подтверждает и лай собак. Действительно – как же его много среди наших городских звуков. Этот частный сектор, кажется, сможет заглушить самый громкий автомобиль, проезжающий мимо.

    Дыхание сбилось, пульс ушёл далеко за сотню – так мой организм принял и осознал всё произошедшее без всяких «глушителей страха». Я бросал взгляды на людей, которые будто позировали специально для меня, освещая свои лица фонарями. Все они были мне знакомы – жители этой улицы, которых я видел всего пару раз или каждый день. Сосед, бабулька, которая выносила мусор в одно и то же время, невероятно медленно преодолевая путь до контейнеров. Тот самый толстый мужик, но теперь уже не толстый. И Костян. Костян в порядке!

    Так, секундочку. Страх сменился высшей степенью удивления. Рядом с Костяном стоял точно такой же Костян, будто брат-близнец.

    Я присмотрелся – чуть ли не каждый присутствующий имел брата-клона-двойника рядом с собой. Даже бывших толстых мужиков было двое, как я сразу не заметил-то?

— Ну как, успокоился? – Наклонился ко мне Костян.

— Не, нифига. – Улыбнулся я, продолжая рассматривать толпу.

    Вот она – нормальная реакция организма. Дебильная улыбка, такой же взгляд, пытающийся дать подсказку мозгу о том, что тут творится. Воспоминания смешиваются с происходящим в данный момент, страх накатывает новыми волнами, и я просто не могу говорить. Застыл, и как идиот смотрю по сторонам. Вот буквально – на одного посмотрел, на другого, вернулся к первому, оглянулся… и так уже минуты полторы. И я ведь всё это понимаю, осознаю, пытаюсь взять себя в руки, но не получается. Перед глазами половина тела, спокойно идущая по тротуару, и эти кишки, словно украшения, свисают почти до земли. Это что за жесть?

— Да щас успокоится, со всеми так было. – Чей-то голос обращается к Костяну.

— Нормально… нормально… - Пытаюсь я вздохнуть, задержать дыхание, приостановить сердце…

— Что он там такого увидел? – Смеётся кто-то.

— Пацан там… рубил всех… - Никак не мог я отдышаться.

— Ааааа, Илюха, что ли? – Протянул кто-то.

    Толпа наполнилась голосами, смешками, и прочими звуками бурного обсуждения. На самом деле, эта фраза про Илюху как-то успокоила. То есть, кто-то его знает, причём довольно хорошо – сказано это было так, будто кто-то вспомнил своего хорошего друга.

    Так, пора уже заканчивать с этим. Встаю – ноги слабы, но кое-как держат. Да уж, мощно клякса надо мной поработала. Сделала какого-то робота, без страха, без эмоций, неуязвимого… А теперь вот приходится всё и сразу осознавать. Вообще, это странно. Неужели мозг не запомнил произошедшее, не зафиксировал и не пометил как «нормальное»? Может, мне и зрение опять вернули в исходное состояние?

    Я судорожно вытащил телефон и выдохнул – зрение было в порядке. Не знаю, надолго ли, но пока – чёткое и ясное.

— Всё? – Костяну явно не терпелось привести меня в нормальное состояние и что-то рассказать.

— Всё. – Ещё раз вдохнул я и задержал дыхание. – Точно всё.

— Тогда слушай. – Подтвердил он мои догадки. – Мы все вернулись. Утром я ещё был там, в том месте, а сейчас я дома. Мы все дома. Он, - Костян указал на своего двойника, - оригинал, он здесь жил и живёт. Когда мы касаемся этой штуки, где-то там, в неведомых ебенях, создаётся наша копия, типа полностью исправленная. Соответственно, когда в том месте мы снова дотрагиваемся до этой херни, мы снова переносимся сюда, но там, в том месте, остаётся ещё одна наша копия, хотя уже не совсем такая же, как ты мог заметить.

— Манекен. – Кивнул я.

— Да-да, именно. – Подтвердил кто-то из толпы.

— Так вот. – Снова заговорил Костян. – Сейчас 16 июля, 23:19 по московскому времени, почти ровно тот момент, когда ты впервые дотронулся до этой штуки. Следовательно, когда твоя копия была создана и перемещена в то место, здесь ты продолжил обычную жизнь. Возникает вопрос. – Костян поднял палец вверх. – Исцелился ли ты здесь?

— Почему ты у меня спрашиваешь? – Посмотрел я на Костяна.

— Да это я так. Типа вопрос же. Так вот. Отвечаю. Да, исцелился. И что получается? Наш дом превращается в такое же место?

— Да? – Предположил я, прищурив один глаз.

— Нет! – Воскликнул Костян. – Ты же слышишь? А? Слышишь? Собаки!

— Всё дело в них?

— Нет! – Ещё громче воскликнул Костян. – Повернись. Найди кляксу.

    Я послушался и огляделся вокруг. Кляксы нигде не было. Я вопросительно посмотрел на друга.

— Здесь этот, так сказать, портал, открывается только когда того захочет некто, именуемый здесь дядей Женей. Эта хрень действительно лечит, но только для того, чтобы завоевать доверие жителей. Идеальный вариант, ведь когда дядя Женя хочет, он лечит, но когда сюда придёт толпа, репортёры или кто угодно, кляксы здесь уже не будет. А там, - Костян махнул рукой, - в том месте, эта хрень висит постоянно, и он вынужден её защищать. Очевидно, у него это не очень хорошо получается.

— А кстати, где он? – Поинтересовался я.

— В том самом месте, откуда ты только что пришёл. Он ведь там был, да?

— Ага. Кивнул я. – Мы чуть не подрались, я его толкнул… и вот.

— Знакомая история, правда? – Обратился Костян к толпе и получил шумное подтверждение. – Каждый из них пришёл к этому решению по-разному. Кто-то случайно влетел в портал, а кто-то буквально убивал дядю Женю, но тот, как выяснилось, вовсе не сдыхал.

— Так это… что делать-то? – Спросил я, так как пауза слишком затянулась.

— Ты можешь пойти к своему оригиналу и ввести его в курс дела, а можешь ничего ему не говорить и прятаться.

— Ну а дальше?

— Не знаю, поддержат ли меня остальные. – Костян повернулся к толпе. – Но я бы хотел дождаться возвращения очередной копии. Если вы заметили, в этот момент портал на секунду открывается, и если успеть его коснуться… то что будет? Интересно ведь?

— Или можно подкараулить дядю Женю, когда он опять кого-то лечить захочет. – Подсказал толстый мужик.

— Думаешь, он рискнёт сделать это ещё раз? – Спросил кто-то.

— Опять попадёшь в то место. – Прозвучал громче всех чей-то гнусавый голос.

— Но там ведь уже есть моя копия! – Возразил Костян.

    Толпа молчала. Костян умеет заинтересовать. А ещё умеет экспериментировать, поэтому сомневаться в том, что он это сделает, не имеет никакого смысла.

— Не ссы. – Обратился он ко мне. – Если я исчезну, здесь останется мой оригинал. Скучать не придётся.

— Лучше бы ты нашёл способ рассказать, чем просто исчез. – Возразил я. – Иначе для чего это всё?

— Я тебе третьего Костяна притащу. – Похлопал он меня по плечу. – Точнее, второго. Вас же тоже уже двое. Тогда не честно, ты тоже давай, третью копию делай.

    Где-то в толпе проскочили несколько смешков. Костян как мог разряжал обстановку перед опасным экспериментом.

— И долго нам ждать? – Нетерпеливо он смотрел туда, где была клякса.

— Завтра утром должен мужик выйти. – Вспомнил я. – Где-то в десять.

— Отлично. – Хлопнул в ладоши Костян. – Тогда сегодня отдыхаем. Погуляем, пожрём чего-нибудь вредного, пока здоровье позволяет.

    Удивительный человек. Может быть, завтра он умрёт, исчезнет, превратится в манекена, да что угодно… но при этом сохраняет спокойствие, или очень качественно делает вид.

    Невероятно, как сильно я захотел спать, когда толпа начала потихоньку расходиться, и моё состояние приблизилось к норме. Будто я не спал уже дня два. Видимо, реакция организма на всю эту фигню продолжается. Костяны предложили мне пойти ночевать к ним, чтобы я прямо сейчас не тратил силы на объяснение ситуации своему оригиналу. Ну, или чтобы не пришлось спать на улице.

    Я хотел уже согласиться, уже улыбнулся и кивнул, но именно в этот момент я услышал собственный голос:

— Ребят? – Неуверенно пролез через кусты мой оригинал и с опаской уставился на присутствующих.

— Народ, подождите! – Скомандовал Костян и толпа быстро восстановилась.

— Офигеть. – Качал головой мой оригинал.

    Я смотрел на самого себя, даже не зная, чего ожидать. Кажется, Костян тоже был крайне удивлён и замер в ожидании продолжения.

— В общем, это… - Продолжил мой оригинал после ещё нескольких фраз удивления. – Когда я исцелился, на моём телефоне появилось видео. Вы не поверите, но… - Оригинал задумался за пару секунд, - хотя почему не поверите, всё ведь сходится. В общем, снял это видео Костян. Вот.

    Оригинальный я протянул оригинальному Костяну телефон. Тот молча включил видео, заранее подготовленное к воспроизведению. Я был рядом, поэтому успел в первые ряды зрителей и хорошо видел происходящее на экране.

    Костян сидел на стуле в каком-то грязном и полуразрушенном помещении. Стены были покрыты трещинами, с потолка прямо в начале видео посыпалась какая-то пыль…

— Друзья. – Начал Костян, ещё раз убедившись, что камера записывает. – Я сделал то, что хотел. Я дождался, когда дядя Женя придёт на место, чтобы, так сказать, исцелить ещё одного человека. Спасибо, Санёк, ты не ошибся, почти ровно в десять утра. Наш добрый старик-целитель был категорически против того, чтобы я прикасался к порталу. И оказался он не таким уж слабым, я бы с ним не справился, если бы чисто случайно не задел кляксу во время драки.

    Я машинально взглянул на обоих Костянов. Следов драки не было ни на одном из них. По крайней мере, свет фонарей их не выдавал.

— Ну и вот. – Продолжил Костян, разведя руками. – Я оказался здесь. Это какое-то стрёмное помещение, без окон и дверей, которое, кажется, вот-вот рухнет. Впрочем, так кажется уже очень давно, далеко не первый месяц. Некоторые из вас уже догадались, что я нахожусь здесь около года. Да-да, тот самый год, когда всё это началось. Я видел всех людей, получивших исцеление, наблюдал за переходом каждого из них. На самом деле, это очень скучно. Человек просто появляется вот здесь, - Костян на секунду повернул камеру в сторону, - прямо на полу. И лежит какое-то время. Кто-то лежит пару минут, а кто-то несколько часов. Само собой, я проводил эксперименты. Я убивал этих людей, уродовал их, издевался как мог, но все они в итоге принимали точно такой же вид, как и при попадании сюда. Из этого я сделал вывод, что в этой комнате происходит то самое исцеление. Организм человека перестраивается, исправляется, и время нахождения здесь напрямую зависит от изначального состояния. Молодые и более здоровые обычно исчезают минут через десять. Старики лежат долго, часами. Это в среднем. Конечно, бывают исключения, но в целом всё сходится. Ведь чем дольше я издевался над телом, тем дольше оно здесь лежало.

    Я оглядел толпу. Интересно, кому досталось больше всех?

— Почему я не записал это видео раньше? – Продолжал Костян. – Много причин. Сначала хотелось больше изучить, больше узнать, дождаться чего-то нового. Но потом я пришёл к выводу, что всё это закончится довольно неприятно. Комната просто обрушится, ведь эти трещины, - Костян взял камеру и показал обилие огромных дыр на стенах и потолке, - становятся всё больше. Когда я это осознал, я немного запаниковал и хотел записать это видео как можно быстрее. Но люди, попадавшие сюда, были либо просто без телефонов, либо слишком пожилыми, и скорее всего не заметили бы новый файл, не обратили бы внимания на оповещение и всё такое. А потом я увидел здесь самого себя. И вот пиздец, у меня с собой не было телефона! А я и забыл уже… но может, оно и к лучшему. В общем. Сейчас 16 июля, 23:15. Да-да, Санёк, я дождался тебя. Кстати, проверь часы на своём телефоне, они должны спешить примерно на 10 минут. И почему никто этого не замечал?

    Говоря это, Костян направил камеру в единственное место, которое ещё не показывал. Я (или моя копия, или промежуточная версия) сидел в углу комнаты, опустив голову. Очевидно, я не был в сознании.

— Сейчас я хочу обратиться к твоей копии. Она ведь там? – Костян будто всмотрелся в толпу через камеру. – Помнишь, что ты там говорил? Попытаться рассказать? Ну вот! Вот видишь! Всё получилось! Более того, я пришёл к ещё одному выводу. Комната уже буквально трещит. Ещё чуть-чуть, и она развалится. А что это значит? Правильно! Вся эта хрень с исцелениями закончится! Ну, наверное. – Лицо Костяна стало мрачным. – В любом случае, друзья, вот вам информация. Делайте с ней что хотите. Но я бы посоветовал самому себе провести ещё один эксперимент. Не ходить завтра, 17 июля, в 10 часов утра, в эти кусты и не трогать эту ебучую кляксу. Посмотрим, что получится. Интересно ведь?

    Дальше следовала инструкция для моего оригинала – быстрое введение в курс дела и указание, куда идти. Так же, на телефоне был установлен будильник с текстом, приказывающим как можно быстрее смотреть видео и бежать сюда, к нам. Чтобы успеть как раз к тому моменту, когда толпа начнёт расходиться.

— Будильник зазвенел, как только я отошёл от кустов. – Мой оригинал восхищённо смотрел на толпу. – Я смотрел видео вон там, через пару домов, и вы уже были здесь, но я вас не слышал. Это как возможно вообще?

— Собаки. – Кивнул один из Костянов. – Ты же слышишь, как они орут?

— Ну да. – Нахмурилась моя копия.

— Вообще удивительно, почему наши копии не сталкиваются с оригиналами, когда в том месте кто-то проходит сквозь портал. Здесь же никого нет в момент возвращения, и дяди Жени тоже. – Копия Костяна, стоящая рядом, уже выдвигала новые теории. – Как будто сдвиг во времени всё же существует, пусть и совсем небольшой.

— Или это уже третье место. Так сказать, улучшенная версия того самого, с манекенами. – Подхватил оригинал.

— В котором всё подстроено так, чтобы мы думали, что вырвались вперёд, но фактически оставались его марионетками? – Копия сложила руки на груди.

— А на видео, - оригинал ткнул пальцем в телефон, который всё ещё держал в руке, - уже четвёртая наша версия, пробравшаяся всё-таки в финальное место? В итоге мы всё же победим?

— Думаю, это не финальное место, а центр управления. – Возразила копия. – Порталы закольцованы, то есть, оттуда ты попадаешь к манекенам, потом сюда, потом обратно в начало.

— Санёк, а у тебя сработал будильник? – Посмотрел на меня оригинал.

— Нет. – Помотал я головой.

— Ну всё сходится. – Удовлетворённо кивнул оригинал. – В то место копируется только тело, всё остальное генерируется уже там.

— То есть, ты хочешь сказать, - вмешалась в разговор копия Костяна, - это подтверждает, что данное место является нашим настоящим домом?

    Я чувствовал, что сейчас либо сойду с ума, либо плюну на всё и повалюсь спать прямо здесь. Второй вариант был куда предпочтительнее. Сейчас просто уснуть, и проснуться, когда два гениальных разума Костяна придут к очередному выводу и со всем разберутся.

Костяны продолжали спорить, а я просто лёг на грязную землю. Здесь, среди кустов, почти не было солнечного света, и трава отказывалась расти. Но серьёзно, кто будет в такой момент думать о чистоте? А вот о сне – с радостью. Я улыбнулся, представил себя в уютной кроватке, поёжился от воображаемой прохлады и закрыл глаза.

— Вставай уже, сколько можно спать? – Бил меня по щекам кто-то из Костянов.

    Я обнаружил себя в собственной кровати. Я уже было обрадовался, что всё произошедшее было шикарным в своей реалистичности сном, но Костян убил мои надежды:

— Мы тебя домой притащили, не спать же тебе на улице.

— Сколько время? – Спросил я, протирая глаза.

— Почти десять. Момент истины.

— Решили не идти?

— Я решил, да. Оригинал у себя дома, с твоим.

— Оригиналом? – Уточнил я, так как ещё полностью не проснулся и с трудом соображал.

— Ну да. – Кивнул Костян. – Вот решил тебя разбудить. Мало ли, что может случиться.

— Ну а вы вчера что-нибудь придумали?

— Да стандартные рассуждения. Если я щас не пойду в первое место, то не запишу видео, и ничего этого не произойдёт. Но мы же здесь, поэтому, по идее, я всё-таки туда пойду.

— Или это всё же твоя очередная копия, которая уже создана вне зависимости от твоего решения. – Я попробовал мыслить как Костян.

— Может быть. – Поджал губы и поднял брови Костян. – Ну всё. Вон тот мужик.

    Костян кивнул в сторону окна. Я встал и выглянул на улицу – да, тот самый мужик, который вышел из кустов в том месте, где были манекены.

— Ждём. – Зашагал по комнате Костян.

    Я тоже уже не мог оставаться на месте. То выглядывая в окно, то посматривая на Костяна, я тоже ходил туда-сюда по комнате.

    Дождались. Прямо в центре комнаты появилась клякса.

— Стой! – Закричал я, чтобы Костян случайно не вошёл в портал.

    Костян вовремя остановился, но в ту же секунду перед нами материализовался дядя Женя.

— Что, сука, хотел наебать законы вселенной? – Обратился он к Костяну и схватил его за руку.

    Не дожидаясь ответа, он швырнул Костяна в сторону портала. Вопреки моим ожиданиям, друг не исчез, а просто спокойно прошёл сквозь кляксу.

— Умники хуевы. – Костян перестал интересовать старика. – Что ж вам спокойно не живётся?

    Дядя Женя вытащил что-то из кармана и словно засунул в кляксу. Мы с Костяном молча наблюдали за происходящим. Я молчал из-за страха, а Костян, наверное, анализировал.

    Клякса начала шевелиться, постоянно менять форму и размер. То она растягивалась на половину комнаты, то сжималась до почти невидимых размеров. Так продолжалось примерно минуту, и мы просто не могли оторвать от неё взгляд.

    Наконец клякса остановилась на уже привычном для нас состоянии. Но представление только началось – из портала полезли тонюсенькие, но очень яркие ниточки. Сотни? Тысячи? С каждой секундой число представлялось всё более впечатляющим. Ниточки дёргались, выходили из портала рывками, будто это давалось им с огромным трудом. Когда клякса стала похожа на огромный пушистый шар, эти «щупальца» стали быстро удлиняться, спокойно проходя сквозь стены и окно.

— Прошу прощения, сейчас будет немного шумно. – Издевательски извинился дядя Женя.

    Одновременно с грохотом, начавшимся будто одновременно во всём городе, дом задрожал. С полок посыпались предметы, из кухни доносились звуки бьющейся посуды…

    С улицы послышались первые крики. Щупальца распространялись по улице и городу – какие-то проникли в соседние дома, другие устремились в неизвестном направлении. А некоторые уже поймали своих жертв и стремительно втягивались обратно, в сторону нашей комнаты. Ниточки исчезали в груди людей и с лёгкостью поднимали их в воздух. Соседний дом неожиданно осыпался, словно карточный домик, когда щупальца одним резким движением вырвали его жителей прямо через стены. Кто-то уже явно был без сознания, а кто-то истошно вопил, то ли от боли, то ли от ужаса.

    Дома рушились один за другим, щупальца приносили новых жертв с разных концов города. Я с ужасом ждал, что вот-вот и наш дом рухнет, и дядя Женя будто читал мои мысли:

— Не боись, я же не дурак сам себя здесь хоронить.

    Комната стала стремительно расширяться. Через пару секунд стены и потолок были уже так далеко, что, по моим ощущениям, не уместились бы даже во всю нашу улицу.

    Со всех сторон доносился грохот – щупальца пробивали стены и несли людей к порталу. Мы с Костяном пятились назад, пока жертвы собирались в гигантский кричащий и рыдающий шар. Я заметил в этой куче Костяна – он уже не подавал признаков жизни.

— Это оригиналы? – Спросил Костян, видимо, тоже обнаружив себя в этой куче.

— Именно так. – Сухо ответил дядя Женя, не отрывая взгляда от не прекращающего увеличиваться шара.

— А с нами что? – Снова задал вопрос Костян.

— Живите пока, а там видно будет. – Махнул рукой дядя Женя.

— Ты запретил мне нарушать законы вселенной, а сам что делаешь? – Язвительно спросил Костян. Не перестаю удивляться его спокойствию.

— Пока я нарушаю только законы вашей физики. – Старик бросил недобрый взгляд на Костяна. – Но и до вселенной доберусь, вот увидишь.

— Увижу? – Усмехнулся Костян. – А можно как-то без меня?

— Ты серьёзно? – Теперь уже смеялся дядя Женя.

    Костян не ответил. Шум наконец прекратился, оставив только до ужаса жалобные крики людей, всё ещё находящихся в сознании. Шар на долю секунды вспыхнул ярким светом, и люди затихли.

— Ну всё, всё, мои хорошие. – Приговаривал дядя Женя, когда шар начал уменьшаться, очевидно втягиваясь в портал.

— До скорых встреч. – Снял воображаемую шляпу дядя Женя и поклонился, когда за его спиной исчезали последние люди.

    После этого он и сам, не отворачиваясь от нас, медленно направился в сторону портала, который, снова став крошечным, мгновенно переместился к старику. И через несколько секунд всё закончилось.

    Стены действительно отдалились настолько, что мы устали, пока дошли до края комнаты. Собственно, от стен почти ничего не осталось – только гигантская платформа, будто висящая в воздухе и точно так же парящий над нами потолок. Люди ходили по улице, лениво рассматривая разрушения и пытались делать вид, что удивляются.

    Всё было почти нормально – собаки лаяли, машины шумели, люди, хоть и лениво, но качали головой и задавались вопросом «что случилось?» Только наша «комната» должна была выглядеть подозрительно. Должна была…

    Улица постепенно пустела, народ терял интерес к развалинам и дымящимся автомобилям. Птицы снова чирикали на ближайших кустах, где-то под нами жалобно мяукала кошка. Пока мы стояли и смотрели, солнце скрылось за тучами и начался ливень. Сразу же запахло мокрым асфальтом, какая-то женщина бежала по улице, прикрыв голову пакетом. Парящая крыша над головой защищала от дождя, хоть и была слишком высоко, и мне стало так уютно, что я прилёг на пол, повернулся на бок и вдохнул этот чудесный воздух. Сверкнула молния и после оглушительного грома сработала сигнализация на сохранившихся автомобилях

    Костян опустился на одно колено, закусил губу и почесал подбородок, глядя куда-то вдаль.

Длинные истории >>>





Фразы

Я видел прекрасный сон, пока не проснулся от звуков, будто кто-то стучит молотком. После я слышал только, как комья земли падают на крышку гроба, заглушая мои крики.